Моя почта полностью соответствует здешней дивной атмосфере всеобщего легкого маразма.

"Дочь, вышли мне перевод письма, которое прислал тебе Дункан Мак Клауд.
А я поехал в Амстердам.
Целую.
Папа"

Откровенно прусь с того факта, что мой отец - это мой отец.

Хотя я никак не могу отождествить себя с этим возрастом, против паспортных данных не попрешь. Очень мне нравится, что этот день я наконец-то провожу так, как мне надо – то есть не устраиваю никакой тусни, а забиваю на всё и чувствую в этой связи отдохновение и довольство.
Год выдался отменным, полным новых городов, душевных человеков, да и вообще, мир стал ещё больше, живее и полноцветнее. Что доставляет, право слово.

И ежели с утреца меня ещё посещал мрачняк и кризис младшего возраста, то за весь день в моём телефоне и почте появилось столько любимых, родных, тёплых (Ксюша_Оригаме, ты нашла такие нужные, спасибо))и ещё несколько совсем неожиданных (пользуясь случаем, хочу сказать, что мой бывший научный руководитель Света Братская – настоящее сокровище), что от этого что-то полыневое застревает комом в горле, сидишь и думаешь «Господи, какое счастье, что они все существуют».

Я вас л., ребята.

Две недели пролетели одним моментом, и завтра уже будет снова опять прекрасный Владивосток.

Москва радует прощальными приятностями - подхожу к бару в гостинице выпить кофейку на дорожку, думаю о своём и, видать, улыбаюсь, потому что слышу из-за соседнего столика: "Девушка, вы улыбаетесь! Единственный человек в этой гостинице, который улыбается! Бармен, кофе девушке за мой счёт." Хороший такой завершающий аккорд, право слово.

Полетела.
Маякова, лови))

Итак, я опять понаехала, но на сей раз дурная голова просветленное сознание забросило меня ещё дальше – нынче на повестке дня Глазго о_0

Я уже заранее проникалась волшебной кельтской атмосферой, полной румяных шотландцев, пивных баров, красивых легенд, родственников Дункана Маклауда, волынок, фей, гномов, и прочих обыденных для Шотладнии вещей. Вдохновленная донельзя, я выгрузилась из самолета, предвкушая вышеозначенные штуки.

Первое впечатление было несколько отрезвляющим -  в первый день у меня сложилось ощущение, что это город депрессивных подростков. Может, это и есть суровый нордический нрав? Их много (не просто много, они в подавляющем меня большинстве), ходят стайками или по одному по пустынным улицам среди старых домов из темного камня, демонстрируют полное равнодушие к миру и совсем не похожи на фей и  родственников Дункана Маклауда - полное фиаско. Я не против депрессивных подростков, я люблю их нежною любовью, но  хотелось бы некоторого разнообразия в этом обществе, а то складывается ощущение, что попала на первый уровень Диабло.

Однако наутро выяснилось, что разнообразие-таки есть, и что в солнечный будний день этот город становится уютным и суматошным, и что всё не так драматично, и на самом деле они просто не страдают синдромом американской улыбки и в личном общении – славные чуваки. А ещё здесь в кафешке за углом продают офигенные шоколадные пирожные и воздух пахнет морем – как дома.

И чем дольше я здесь, тем уютнее и теплее мне кажется город.

Посему пойду гулять и вливаться в толпу я уже купила футболку black sabbath

Вдохновенно придумывала для шефа речь о том, что «я сегодня уйду пораньше, а в понедельник буду попозже», потому что в кармане лежал билет до Питера на вечерний поезд. Наконец составила внушительный спич, но тут у нас мощно загорелся третий этаж, и шеф сам всех выгнал эвакуироваться.

В Питере проведение носило меня по самым причудливым местам, а к вечеру забросило на фестиваль этномеханики с Zdob si Zdub в главной роли. Всего было так много, что о к полшестому утра я уже мечтала о детском здоровом сне, подбираясь к дому на метро Маяковского, где меня ждала человеческая кровать, свежеприготовленная домашняя шаурма и прочие вещи первой необходимости. И тут я не придумала ничего лучше, чем потеряться в этих самых всеми любимых подворотнях. Топографический кретинизм настиг меня внезапно и бесповоротно, минут двадцать я честно искала вожделенный подъезд, но в конце концов, сжимая в кулачке ключик от вписки, я побрела куда глаза глядят, чувствуя себя при этом чем-то средним между Козеттой из «Отверженных» и инженером Щукиным. Злобно допивая кофе в Шоколаднице, размышляла о Петербурге Достоевского, недосягаемости туалета и прочих мрачных вещах, но тут настало утро и всё снова опять стало хорошо.

По мне, так в Питере надо не бродить по достопримечательностям, а идти куда глаза глядят – всё равно везде красота. В Питере мне почему-то хочется всё вокруг погладить, но дабы не попасть в этот раз в психиатрическую клинику за обнимание домов и статуй, приходится гладить только перила вдоль Фонтанки. Идёшь по этим улочкам, сквозь которые льётся солнце, в голове носятся прозрачные звонкие мысли, а внутри мурлычет тёпло-нежное «Питер, Питер..»

А перед отъездом на Московский вокзал обнаружила весточку от Маяковой. Шла по ночному шумному Невскому и думала, что шаг – клавиша, шаг – клавиша, и было мне очень, очень хорошо.

Итак, я пополнила список понаехавших, освоилась в метро, прошлась по Красной Площади пробираясь в толпе скинхедов и пидарасов – в общем, чувствую себя более осмысленно.

Сидя на первом семинаре в универе, ощутила паническое «о Боже, я тупая», как на уроках алгебы в 10 классе (вон Маякова меня поймёт). Всеми силами старалась делать умное лицо и кивать в нужных местах,  а в подсознании кралась мыслишка, мол, а не оставить ли мне инженерную карьеру, пока не поздно, а на хлеб зарабатывать милым непритязательным делом – петь на азербайджанских свадьбах, к примеру. Слава богам, нынче я уже начинаю разбираться в этих шаманских лекциях.

Рассказывать, что здесь и как, бесполезно, а потому лучше о самом душевном, как в книжках Лу.

Что мне здесь нравится:

- дорога от общаги до универа, вся в жёлтых листьях и с рябиной вдоль улиц,

- разнообразие человеческих лиц и вообще москвичи – по большей части приветливые и славные,

-парочки, обнимающиеся на эскалаторах – любого возраста и всегда почему-то так, будто не виделись лет пять,

-утренний центр Москвы – всё свежее, прозрачное, толпы заинтересованных туристов и запах  кофе из близлежащих кофеен,

-традиционные смс-ки «доброе утро» и «добрых снов» по владивостокскому времени,

-книжные магазины с огромным ассортиментом и ценами, смешными для владивостокцев.

В общем, действо происходит.

Посмотрим, что из этого выйдет, как говорит мой папа.

Сегодня после нескольких лет не_смотрения телека включила MTV, а там Бьянка. В тот момент она как раз доверительно вещала с экрана, что у неё «губки бантиком, попка краником, грудки оп-ца-ца, оп-ца-ца».

Естественно, моему воображению после такого описания представился гибрид Мойдодыра с попкой краником и отдельными вставками морожено курицы. Из нормального у Мойдодыра были только губки бантиком, но они почему-то не спасали ситуацию.

В панике выключила. Сижу под столом. Переживаю.

Хорошо, что моя мысль пока ещё не настолько материальна.

Зравствуй, мой дневничок! Гы!

Пора бы уже что-нибудь здесь написать, в самом деле.

Как и все начинающие вести днёв и потому способные только на невразумительный лытдыбр, хочу сообщить кибер-пространству, что в целом всё нормально, даже неплохо, жизнь поворачивается разными сторонами, причём по большей части симпатичными.

Лень довела меня до того, что я готова заниматься чем угодно, лишь бы не делом.

В списке не_дел на сегодня красуются вязание, книги и беззастенчивое поедание всего сущего в холодильнике. Снова вязание.

Надо что-то делать, ей-богу, а не то итогом моей жизни станет многометровый вязаный шарф и пустой и холодный, словно космос, холодильник. А жизнь ведь только началась.

Откроем же этой оптимистичной записью моё пребывание на просторах жж.

пс. Мягкой посадки, мон ами.